О первых последствиях прошлого 16 страница

Предыдущая9101112131415161718192021222324Следующая

- Полно Вам, миссис, не нужно!

- Да, ***, ты прав, - отвечала мне тётя, утирая глаза салфеткой. – Прости…Ой.

- Вместе нам будет легче справиться с этой проблемой, - начал я убеждать тётю Дженну, сжав в своих ладонях её руки. – И мы должны доверять друг другу. Мы со всем справимся вместе! Ваша любовь к детям очень помогла, помогает, да и ещё поможет им. Главное сделать её как можно крепче и сильнее, чтобы она никогда не разорвалась. Этим Вы помогаете всем нам, Вашей оптимистичностью, целеустремлённостью, добротой, заботой, лаской. Да я могу перечислять ещё очень долго! Представьте, как бы они огорчились, увидев Вас сейчас в таком состоянии. Они бы были очень опечалены, но нам никак нельзя сложить руки! С Вашей поддержкой эти руки сотворят ещё столько хорошего!

Миссис уже не плакала, а смотрела на меня внимательно, улыбаясь сквозь заплаканное лицо.

- Так что давайте справимся со всем этим вместе! – уверенно предложил я.

- Да, спасибо тебе, так мы и сделаем!

- А теперь пора спать, тётя! Давайте умываться.

Мы встали. Тётя была в ванной подозрительно долго, и я, честно признаться, немного начал переживать. Но вскоре она вышла, умытая и снова красивая и спокойная и мы разошлись по своим комнатам.

Я сидел и не мог заснуть. Тогда я вновь взялся за стамески и продолжил свою работу над шкатулкой. «Почему миссис не наказала меня и детей своих?» - думал я за работой: «Она ведь могла заставить нас сидеть дома, отправить меня в Россию, в конце концов! Тётя Дженна была ответственна за меня, за мою жизнь и безопасность. Но она поняла нас… может, потому, что правильно действуем? А, может… она поступила бы так же?...»

Мне оставалось уже немного, и вскоре я закончил работу. На моё удивление получилось почти то, чего я хотел. По бокам я с лёгкостью смог прорезать горы, украшенные ледяными шапками, дно я оставил в покое, а на крышке выгравировал ручкой с железным стержнем наши с Алу имена. Получилось, как мне казалось, достойно для слабоватого любителя.

Казалось, работа совсем увлекла меня, но после её окончания почему-то мне вновь стало тоскливо, а сна не было ни в одном глазу. Снова затряслись руки, я просто не находил себе места! Болтаясь по комнате, я осторожно ступал холодными босыми ногами на пол, чтобы ни в коем случае не скрипнуть. И я продолжал думать о самом плохом и ужасном. Глухой всплеск воды всё чаще и чаще разносился у меня за спиной, всё ближе и детальнее всплывало в моей памяти лицо Джонатана. Казалось, что я сегодня сойду с ума. Мне думалось, что там, в лесу, мне не было так страшно, как сейчас, когда меня так и ломает отправиться к злосчастному мосту и, пройдя вниз по течению, протянуть преступнику руку помощи… Или выловить тело… И от того, какое действие пришлось бы мне сделать, зависела бы и моя судьба, и судьба моей совести.



Для нашей команды в последнее время цель стала важнее всего вокруг. Мы перестали обращать внимание на красоту, на окружающих, на… родных. А ведь как нам не хватает их поддержки сейчас! Я уверен, что это намного важнее всех наших остроумных планов. Родные – самое драгоценное, что есть у нас. Какими бы они ни были, их не купить за деньги. Нужно беречь их, любить, понимать и помнить. А мы сейчас, закрутившись в кутерьме этой жизни, забыли про них. Мне стало очень стыдно за всех нас. Мы долго искали, надеялись поймать преступников, но во всей этой беготне потеряли самое главное. Вдруг мне стало любопытно: «А есть ли у самих этих бандитов семьи?». Возможно, что и есть. Может быть, они тоже потеряли своё «самое главное»? Это, наверное, и объединяет нас с этими преступниками. Мы слишком сильно зациклились на своей цели. Может быть, преступники смогли изменить в себе своё «самое главное»? Да уж, у каждого оно, наверное, своё, только главное, чтобы оно не навредило другим. А может, кто-то из бандитов мстит за родных? Тогда кому, государству, Балто? Не знаю, но думаю, что мы очень скоро выйдем на этот след, если уже не вышли.

Мне даже стало немного обидно, что я здесь, один, сижу и не могу заснуть, а ребята, возможно, сделали новые «открытия», предполагая, что я уже вижу третий сон. Но вдруг я вспомнил о своём «самом главном». Открыл в телефоне ветвь смс сообщений. Эх, как же это все нереалистично. Голый текст, от которого ничем не веет, кроме холода. Я решился, и набрал мамин номер.

- Алло?

- Добрый день, мам! – (конечно, ведь у них-то уже день).

- Привет, любимый! Как у тебя дела?

- Всё хорошо, мам. Как вы с папой?

- Скоро ты всё узнаешь. Его пшшш.

- Аллё, мам?

- Да-да?

- Мне… я… Я просто так соскучился по вам с папой. Мне… мне очень хотелось услышать твой голос.

- И мне твой. А что, что-то случилось?

- Нет, ничего. Передавай привет папе. У нас уже очень поздно.

- Как там все остальные?

- Всё очень хорошо, мам.

- Так, ты не слышал? Мы с папой пшшш…

- Аллё, мам?

- Мы приедем с папой.

- Это замечательная новость! – я настолько обрадовался, предвкушая и уже представляя встречу, что чуть не забыл про телефон.

- Жди нас к августу.

- Хорошо, мам. Я люблю вас.

- И мы тебя! Пока!

Я успокоился. Да что там - во мне заиграло столько чувств! Я так был счастлив, что родители приезжают! Я очень по ним соскучился, но ещё больше мне хотелось собраться всем, как в былые времена, чтобы родители встретились с крёстным и миссис, чтобы вновь мы смогли бы прогуляться по Ному, посидеть у костра… Я был так вдохновлён, что ручка сама попала мне в руку, и я начал писать стихи. Только… эти стихи были не для родителей.

2.

Утром я чувствовал себя лучше. Только бессонница давала о себе знать, притягивая, будто магнитом, к кровати. Как только я встал, так сразу прямиком отправился к нашему с Алу камню, в надежде найти там очень интересную информацию. Я много фантазировал по пути о том, что стало известно моим друзьям. В песке я нашёл лишь записку в несколько слов:

«Теперь всё известно, всё! Лучше всего будет поговорить об этом наедине. Сегодня вечером встретимся, я буду дома. И ещё, прости, что заставила тебя подождать, потерпи, так будет интереснее! =Р»

Ну ладно, подруга, так тому и быть, подождём до вечера. Я взял свою новую шкатулочку с положенной внутри бумажкой. Посмотрев на неё немного, я решился и закопал её в песок. Я волновался о реакции моей подруги на содержимое моего послания, но… ничего, как есть – так есть!

В Номе сегодня было людно. После вчерашнего ливня выглянуло яркое палящее солнышко, и народ высыпал на улицу спешно доделывать свои вчерашние дела. Я встречал очень много детей, которые играли во что-то своё, и вспоминал, какими мы были. Женщины тащили за собой мужчин с большими пакетами, которые были наполнены свежими продуктами. Мужчины старались «отбиваться» словами, но совесть им явно не позволяла. Это выглядело смешно и просто, как любимая мною жизнь в деревне. Теперь я чувствовал себя легче, ибо часть груза, что томился во мне, я скинул с себя, отыгравшись на моём скромном творчестве и шкатулке. Поэтому я снова мог идти и радоваться всему, что окружает меня, хотя мне порой казалось, что эта радость – просто истерика, и когда я вновь задумывался о том, что произошло, я понимал, что так оно и есть. Однако сегодня у меня были силы дать войну своим чувствам и переживаниям, и я обращался ко всему, что меня окружало. Я радовался солнечному дню и жаркой погоде, людям вокруг и всей скромной жизни маленького городка. Я вновь стал обращать внимание на эти приятные мелочи жизни, которые наполняют её красочностью и счастьем.

Я просто бродил по городу, и подумал, что будет неплохо навестить Дасти. Она была у себя.

- Тук-тук, к Вам можно? – поинтересовался я.

- Доброе утро! – с радостной улыбкой встретила она меня.

- Приветик! – ответил я, стоя в дверях.

- Заходи, чего ты там? – подозвала она меня.

Я зашёл и захлопнул двери.

- Ну, уже узнал, что было вчера? Да-а-а, ты многое пропустил! – говорила мне подруга, вертясь на офисном стуле.

- Вообще-то нет, мне Алу так ничего и не рассказала.

- Правда? – наигранно подняла одну бровь Дасти, как она это умеет делать. - Ты уже успел её встретить сегодня? Если бы ты был вчера в пещере, то так просто её не отпустил бы, - самодовольно улыбалась Дасти.

- Да ладно, всё так серьёзно? – расстроился я, до сих пор не понимая, что именно Дасти имеет в виду.

- Ну, раз Алу хочет тебя потомить, то я не смею ей мешать.

- Да ты сама коварность! – улыбался я.

- А то! Ничего не скажу! – ответила мне подруга. Улыбка её стала ещё шире.

- Ну да ладно, не беда, всему своё время.

- Ой, не притворяйся ты, это тебе не идёт! По глазам вижу - интерес берёт над тобой верх. Эх, не умеешь ты врать, ***.

- Да нужды, особо, и нет.

- Ну, в твоём случае, наверное, да. Но порой… - остановилась Дасти на стуле, задумчиво глядя сквозь меня и прикусывая дужку очков.

- Может, пойдём, прогуляемся? – вывел я её из ступора.

- Ага, куда там! Разбудил меня домофоном, я тут как сумасшедшая убираюсь, переодеваюсь, чтобы встретить его…

- Нечего домой под утро приходить! – наигрывая отчитывающую гримасу, произнёс я.

- Хах, сильно, сильно! А сам не лучше, бывает, ещё и подраться умудряешься!

- Кто старое помянет…

- Эх ты, а кто тебя откачивал тогда?

- Алу.

- Вот, блин, какой упрямый! Ну хорошо, два-один.

- Да ладно тебе, не обижайся, спасибо тебе, конечно, за тот случай. Извини, я это…

- Ага, поняла, поиздеваться.

- Ага… В смысле нет, просто…

- Ха-ха, я же говорила - ты не умеешь врать!

- Два-два!

Мы засмеялись.

- Ладно, ну тебя, давай, проваливай, я сейчас выйду, - ответила мне подруга на своём своеобразном лексиконе.

- Подожди… Дасти, то, что тогда произошло, это…

- Забыли. Ты это хотел сказать?

- Да. Жду внизу.

Надо было расставить все точки над «i» сегодня, пока ещё есть возможность, пока уже хуже некуда. Я и сам не заметил, как решился задать этот вопрос, и только сейчас мне стало очень и очень стыдно, и я застеснялся. Я пулей выскочил на улицу из душного подъезда, и прохладный ветерок мигом остудил мой жар.

Мы долго гуляли с Дасти по городу, пока небо вновь не обложило тучами. Я рассказал ей о том, что приезжают мои родители. Я очень удивился, что Дасти искренне обрадовалась этому и пообещала рассказать своим родителям. Наши родители, оказывается, тоже были старыми друзьями. Закапал небольшой дождик, и мы разошлись по домам.

Обедали мы сегодня все вместе. Саба удивительно выглядела в новом жёлтом и прелестном платье, и казалось, что на этих плечах никогда не лежала кожаная куртка, а на нежных руках – байкерские перчатки. У Коди не было работы, и он, наверное, уже успел наплести что-то про свой синяк под глазом. Динго с Кионой что-то активно обсуждали, сев поодаль, а Балто с Дакотой планировали какое-то строительство у себя на участке. Мы помогли девчонкам подать горячего, хотя горячего совсем не хотелось, ведь не смотря на дождь на улице всё равно было душно и жарко. Обед был как всегда отменно вкусным, однако задерживаться за столом сегодня совершенно не хотелось. Душа моя рвалась наружу, из дому, куда-то далёко на просторы Аляски, поэтому, когда Алу предложила мне отправиться на прогулку прямо после обеда, я с радостью согласился, тем более дождь уже закончился. Мы вышли и побрели вдоль берега.

- Когда ты ушёл, Газ нам рассказал о том, что произошло с вами, - начала Алу. – Ты… Ты настоящий герой!

- Это слишком.

- Нет, не слишком. Газ рассказал, как ты взял всю ответственность на себя и отправил Коди в безопасное место, а сам оказался один на один с преступниками.

-Нет, всё было не так! Всё просто шло по плану, если бы не одно «но». Газ, наверное, рассказал тебе о том, что произошло с ними? Мы договаривались, что когда я освобожу Коди, то мы с ним отправимся домой, а Газ проследит за лодкой. Когда я вбежал в лес, то их там уже не было.

- Ты прав, Газ не смог удержаться и вместе с Коди отправился проследить за ними, чтобы заодно не попасться преступникам.

- И что там произошло?

- Преступники погрузили все ящики. К ним вышло человек пять. Судя по описаниям, среди них был тот самый пёс, который подбросил мне жучок, представляешь! Газ подслушал их разговоры. Они отправились в Теллер, сказали, что будут стоять там с неделю, ждать босса. Он поедет за припасами, которые доставят именно они, понимаешь? Теперь всё сходится!

- Ух ты! – задумчиво произнёс я, тем не менее, я не был столь эмоционален, как моя подруга.

- Ага! Зато Коди знает, кто виноват во всём этом.

Я даже остановился. С серьёзным видом я смотрел Алу прямо в глаза. Она улыбалась, и даже засмеялась надо мной.

- Не скажу!

- Ну Алу!

- Ха-ха! – продолжала смеяться она, а я продолжал удивляться её хорошему настроению. Какое-то оно странное, может быть, тоже истеричное, как и у меня? - Это некий Стил. Он попал под наши подозрения, помнишь? Теперь мы знаем, кто виновен во всём этом! Это стопроцентная информация. Пока Коди сидел взаперти, он умудрился подслушать пару их очень-очень тихих разговоров. Ну как они не учли этого!? Просто не понимаю!

- Да уж.

- Я узнала ещё кое-что…

- Что же?

- Да так… ничего.

- Что ж, я думаю, что теперь мы сможем спокойно передать дело полиции. Мы узнали почти всё, что нужно. Дадим улики…

- Что? Как? – удивилась подруга.

- Ну, как я понимаю, мы сделали наше дело.

- Но… ведь… их тут только четверо осталось, и те скоро уйдут, ты ведь помнишь письмо? Это большая банда, ну поймают они пару человек, может даже предводителя поймают, но что если банда продолжит своё дело? Или вовсе начнёт мстить? Мы окажемся в ещё большей опасности! Я не собираюсь подвергать ей всех нас!

- Ты многого не понимаешь, сестра…

- Я не понимаю? Мне кажется, что это ты не понимаешь! Сколько сил, сколько времени и нервов мы в это вложили! Они могут сделать нам только хуже, если мы передадим дело полиции! Мы уже узнали столько, что теперь нам осталось лишь узнать имена, всего лишь имена! Нельзя просто так сдаваться, Все готовы дать им бой, даже Динго с Кионой, даже Кодиак! Из всех нас сдался только ты!

Алу надулась и пошла в сторону дома.

- Алу! – закричал я ей вслед. – Алууу!

Мне было очень стыдно за себя. Обидно, что слова нельзя вернуть назад. Этот ужасный эгоизм, который кроется в каждом мужчине, не дал мне вовремя попросить прощения, сказать что-то толковое и правильное. Я ослаб, и голова моя теперь отказывалась думать так, как раньше. Вновь начался дождь, а я не знал, что мне делать. Подруга моя пропадала в белой пелене дождя, но так и не обернулась. А я смотрел ей вслед и сердце моё сжималось. Когда её силуэт пропал где-то за домами, я пошёл по городу, не имея никакой конкретной цели. Дождь разразился пуще прежнего, но я, погружённый в свои раздумья, не обращал на него никакого внимания.

Проходя мимо почты, я встретил мистера Смита.

- ***! – обратился он ко мне. – Чего ты мокнешь, заходи!

- Что, работники Ваши уже в отпуске?

- Да, уходят с завтрашнего дня, я их уже отпустил. А откуда ты это знаешь? Зачем тебе это?

- Понятно, - загадочно улыбнулся я, хотя, как мне казалось, со стороны я выглядел ненормальным. – Значит, всё это правда…

- Чего? – не расслышал мистер Смит.

- Ничего. До свидания!

- Куда ты? Такой дождь - простудишься!… Чего это с ним…

Я сел на лавочку около церкви. Эх, как же мне не хватало Православного храма! Дождь нещадно поливал меня своими слезами, а мне было жутко обидно. Обидно за всё. Я очень много думал, и, наконец, решился. Встав, я прямиком направился к дому. Я уже знал, что сказать. Моя решительность была столь же категорична, сколь дождь, который и вовсе стоял теперь стеной.

Насквозь мокрый, я вошёл в помещение. Встретив на лестнице передо мной Динго, я завязал разговор.

- Привет, где Алу?

- Тут, в общем… я не знаю.

- Понятно, - произнёс я с раздражением.

- Постой… тебя отец хотел видеть.

- Что такое? – поинтересовался я, снимая обувь.

- Они с Алу разругались, и она куда-то убежала.

- Ну вот, опять веселье!

- Тут такой разбор полётов… в общем, ему всё… ну, сейчас сам всё узнаешь.

- ***, это ты? – спросил дядя откуда-то сверху.

- Да, дядя, сейчас подойду! – прокричал я.

- В общем, держись.

- Чего? – не расслышал я, поднимаясь по лестнице, но Динго лишь нервно махнул мне рукой и отправился куда-то на кухню.

Я нашёл двери в кабинет дяди открытой. Он стоял у подоконника и ожидал меня.

- Закрой двери, пожалуйста!

Я подождал характерного щелчка и даже захлопнул щеколду. Балто подошёл к столу и сел на кресло, и я по его приглашению сделал то же самое.

- В общем, крестник, Алу мне всё рассказала.

- Что именно? – сделал я непонимающий вид, хотя помнил слова Дасти – я врать не умею. Тем более всё и так уже было понятно.

- Она рассказала мне, как много вы успели сделать. О том, что произошло со всеми вами, и о том, какие теперь у вас планы.

- Только… на счёт планов у нас возникли разногласия, - сказал я, сгорая от стыда. В лицо мне ударила краска, и вид мой стал совсем плачевным, ибо дождь заранее изрядно над ним поработал.

- И когда они возникли?

- Часа два назад.

- Понятно теперь, почему она была не в себе. А теперь расскажи мне всё поподробнее. Оказывается, что Дженна уже всё знала.

- Это я всё ей рассказал, - ответил я, продолжая волноваться от дядиного тона и холодного анализирующего спокойствия, с которым он сверлил меня глазами. Я же не смел даже голову поднять. Однако я был весьма удивлён, будучи до последнего уверен, что миссис всё рассказала мужу.

- Алу подошла сперва к ней, но была очень удивлена осведомлённости матери. Попытка задать пару вопросов не удалась, и Дженна рассказала Алу о том, что теперь ей всё известно.

- Ясно, - теперь я хотя бы знал, что на тётю можно положиться.

- Дочка решилась, и рассказала всё мне. После она задала несколько вопросов, на которые я честно ответил, и мы поспорили. Причиной спора, как я думаю, ты уже догадался, стало продолжение ваших действий. Но не будем забегать вперёд, - дядя немного расслабился и разговорился. – Теперь давай мы поступим так же, и, надеюсь, что у нас с тобой не возникнет разногласий. Расскажи мне эту историю от своего лица, только честно и объективно, ибо это может быть куда важнее, чем все вы думаете, а я расскажу тебе то, что просила узнать Алу и что ты сам посчитаешь нужным. Договорились?

- Смахивает на сделку, - не знаю, почему у меня возник именно такой дерзкий ответ. Наверное, от испуга.

Дядя тем временем подошёл к окну, взглянул на море и в ответ мне усмехнулся.

- Хех, да, что-то вроде этого. Ну, так что, расскажешь всё так, как было? Давай поговорим честно, по мужски. Ты, конечно же, многое упустил, рассказывая тёте об этом – я знаю. Впрочем… - заговорчески улыбнулся дядя. – Я бы сделал точно так же, - подмигнул он мне.

Обстановка немного разрядилась, но я всё равно весь пылал, как будто меня видно насквозь. Я стыдился и побаивался дяди. Но, не смотря на всё это, я взял себя в руки и начал свой рассказ, до тех самых пор, как мы с Алу разошлись сегодня. Дядя слушал очень внимательно, но лицо его не выражало никаких эмоций. После рассказа он подытожил:

- Значит, всё как и было с вами в детстве: «Друг друга мы не предадим», - но даже мыслить Вы привыкли одинаково, не так ли?

Я промолчал.

- Ваши рассказы почти дословно идентичны. Но я уверен, что вы не врёте, не приучены вы к этому. Так что теперь мне всё стало ясно. Стил… - дядя отошёл от окна и начал расхаживать по кабинету. – Сколько всего с тобой связано – уму непостижимо! Не думал, что ты решишься мстить мне так поздно, вот только тут кроется ещё одна загадка… - Балто повернулся ко мне. – Дело не только в мести, понимаешь?

- Да. Это я понял уже давно, - отвечал я дяде, уже будучи почти что полностью спокоен.

- Да, да, да… Чего тебе надо от меня, Стил?!...

- Балто, расскажи, как всё произошло? – осмелился спросить я.

Дядя повернулся на мои слова, остановившись посередине кабинета.

- Я же говорил, что вы с Алу одинаково мыслите! – произнёс он, достал из комода старый фотоальбом и начал рассказывать…

3.

«- Шёл сильный снег. Температура опускалась всё ниже и ниже. Люди в Номе сидели по домам, и редко можно было встретить прохожего на улице. Когда началась эпидемия, как ты уже знаешь, доставить лекарства транспортом не предоставлялось возможности, и администрация начала собирать команду. Меня в неё взяли только за то, что я хорошо ориентировался, но большинство участников выбрали за силу, выдержку и выносливость. Среди этой команды был и тот самый Джонатан. И Стил…

Стил вырос здесь, и слыл парнем крепким и сильным. Внешностью и словом он очаровывал девушек с первых минут общения. Много народу было в его компании, и он, несомненно, был её лидером. Тогда-то, во времена нашей молодости, он и влюбился в… Дженну.

- В тётю?

- Да, в тётю Дженну, не перебивай.

- Простите…

- Ой, сколько же драк было между нами! И чаще побеждал именно он. Высокий, сильный, красивый. Куда там было мне до его очарования! – улыбнулся дядя. – Когда мы вместе попали в команду, он был разъярён до предела, а я невероятно счастлив. Теперь мы оба могли показать Дженне, кто на что горазд. Только вот именно Стил был во главе отряда. Не смотря на то, что он был молод, он участвовал не в одной экспедиции, был вынослив и имел «хорошее чутьё». Правда, оно-то его и подвело.

- Смотри, на этой фотографии собран весь наш отряд перед отходом, - дядя протянул мне фотоальбом. На чёрно-белой фотографии я нашёл молодого дядю, с самого края. Где-то среди лиц я нашёл знакомое, ещё молодое.

- Да это же…

- Джонатан, ты прав, - перебил меня дядя. – А вот он и Стил, - дядя указал на высокого пса. Его окрас был чёрно белым, чёрный цвет был насыщен и выделялся даже на чёрно-белом фото. Он был широк в плечах, с широким и большим носом, но конкретнее лицо его было трудно различить из-за трещин на фото.

- Ясно.

- Когда мы выдвигались, погода чуть-чуть поутихла. До Ненаны мы добрались быстро и почти не сбивались с пути. Ну, относительно быстро, пешком-то путь не близкий. Зато на обратном пути погода ухудшилась. Плюс ко всему мы тащили огромные ящики. Их было три.

Пурга совсем разбушевалась, и мы уже не могли выйти на прежний след. Для такого дела нас и взяли в помощь проводнику, меня и Дюка.

- Кто такой, этот Дюк?

- О, это мой старый и верный друг. Кстати, вот он, - указал дядя на другую фотографию. На ней стоял сам Балто, положив руку на плечо мужчине. У него были русые волосы, которые немного вились и торчали из-под шлема пилота. На дяде тоже были очки лётчика, красивая кожаная куртка и джинсы клёш. Позади стоял и блестел на свету знакомый самолёт, позади которого виднелся высокий пик Мак-Кинли. - Это его самолёт стоит у меня в ангаре. Ещё тогда он был пилотом, а сейчас уже летает на авиалайнере. Он собирался прилететь на Аляску в отпуск, только что-то он не появляется… Он родился здесь, но не в Номе.

- Ясно. Он что, тоже хорошо ориентировался на местности?

- Всегда. Казалось бы, что у человека не такое чутьё, как у нас, но он был приятным исключением. Когда мы поняли, что сбились с пути, никто ещё ничего не подозревал кроме нас, и, конечно же, Стила, который продолжал вести отряд. Дюк подошёл к нему ( ну, не мне же это делать, верно?) и предупредил, что мы немного завернули вправо, на что Стил спокойно ответил: «Я знаю, просто… тут есть река, нужно пополнить запасы воды». Дюк, и даже я покорно согласились, ему виднее. Но вскоре мы и некоторые члены отряда поняли, что мы сбились с пути окончательно. Началась паника, но Стил не отступал. Тогда я решился и заявил, что мы сбились с пути и нам нужно развернуться.

«- Я сказал, что мы идём дальше, - заявил Стил, злостно скаля зубы.

- Нам нельзя идти дальше, город не может ждать лекарства! – ответил я.

- Мы идём вперёд! – рявкнул Стил.

- Ты ведь сам знаешь, что мы двигаемся в другом направлении, почему ты не отступаешь?

- Потому что я тут командир! – кричал Стил.

- А я думаю, что дело не в этом, - заявил Дюк. – Куда ты нас ведёшь?» - передавал мне дядя в подробностях тот диалог. – «Он хочет нас завести куда-то, куда?»

- После этих слов Стил совсем озверел. Его тронули за живое, и всё сразу стало ясно. Тогда мы с ним вновь чуть не сцепились. И вдруг он достал пистолет: «Ну и бес с вами! Уходите!»

Никто не ожидал такого поворота событий. Все стояли, и не знали, как поступить в этой ситуации. Некоторые находились позади Стила. Он приказал им отступать назад, и они повиновались. Один мужчина, его звали Пётр, сказал: «Я никуда не пойду! У меня там семья, дети в городе больны, я должен доставить лекарства!»

«- Тогда пошёл! – рявкнул Стил и выстрелил под ноги Петру. Все содрогнулись, и Стил скрылся, уходя спиной к нам и уводя за собой несколько человек.»

- Слава Богу, что все повозки с лекарствами остались у нас! Мы выбрались оттуда, но, не поверишь, Джонатан оставался с нами. Мы шли очень долго, снег засыпал нас, но мы пробирались и, как могли, тащили за собой лекарство. Пётр долго молчал, но оказалось, что нога его была задета пулей. Я… я просто восхищаюсь им! А теперь он пропал. Ты же помнишь, это же…

- Отчим Газа, да, я помню его.

- Вот. Ну, как мы шли, ты знаешь. Когда мы прибыли…

- Пошла череда следствий. Мне тётя всё рассказала.

- Хорошо. Думаю, что ничего интересного об этом рассказать я не смогу.

- Спасибо за то, что есть.

- Значит так, теперь мы поступим следующим образом: ты иди и позови Дженну ко мне. Завтра соберемся всем миром, думаю, что всем будет что сказать. А мне пора передать дело полиции.

- Может, не надо? – опасаясь, спросил я.

- Что?! – рявкнул дядя.

- Мне кажется, что Алу права.

- Нет, мы сделаем так, как я скажу! Вам слишком много везло, чтобы эта череда везения продолжалась. А вдруг с вами что-нибудь случится? Это не игрушки! Это криминал! Скажи спасибо, крестник, что вы ещё не получили от меня, когда я обо всем узнал.

- Спасибо, - в страхе я постарался разрядить обстановку. Представляя своё лицо, я сам чуть не рассмеялся.

- То-то!... Тьфу ты, ёлы-палы! – улыбнулся дядя. – Ладно, свободен, гуляй!

- Допрос окончен?

- Да, - усмехнулся дядя. – Окончен.

- Всё, что могу сказать в наше оправдание, так это то, что мы пробовали обращаться в полицию. Дасти пробовала. И у неё ничего не вышло.

- Хм… хорошо, сегодня я не стану этого делать, сделаем это завтра, после семейного совета.

- Крёстный, ты же обещал, что ответишь на все мои вопросы?

- Да, обещал.

- Можно я спрошу?

- Ну, я же обещал!

- Так за какими документами охотятся эти преступники?

Дядя аж остолбенел. Взгляд его пропал куда-то, а потом вновь появился, немного поблёскивая на свету.

- Я же говорил, что вы мыслите одинаково! – задумчиво произнес он.

- Я слушаю, - постарался я сделать так, чтобы дядя не увильнул от ответа.

- В общем. Когда мы шли, раненый Пётр очень долго хромал, но почти не чувствовал боли, ступая в холодный снег. Но это чувство тяжело обмануть, и вскоре он понял, что не может больше идти. Он начал отставать от отряда, и я чуть не потерял его из виду. Вернувшись, я нашёл его сидящим на снегу. Он осматривал ногу, и сказал, что просто не может больше идти. До этого мы и не знали, что Стил всё же попал в Петра. Тогда он сказал мне:

«- Балто, послушай! Если я не дойду, или даже если дойду, то прошу тебя, слёзно молю тебя, забери их!

- Что именно? – Не понял я.

- Вот, держи! – протянул Пётр небольшую папку бумаг из-за пазухи. – Сохранишь их?

- Да, обещаю.

- Спасибо, и… прости меня…»

- Я приказал взять его на носилки, и сам нёс его до города.

- А что это за бумаги? – поинтересовался я у дяди.

- Этого я не могу тебе сказать, - твёрдо ответил дядя.

- Дядя… даже если я не знаю о содержании этих бумаг, то я могу предположить, что Пётр и его жена пропали из-за них.

- Вполне.

- А могли преступники охотиться за этими бумагами?

Балто промолчал.

- Что, если всё произошло из-за этих бумажек, а месть будет лишь как прикрытие? Раз уж ты мне ничего не говоришь, то эти бумаги достаточно важны, возможно, даже настолько важны, чтобы убить человека, или начать рискованную для банды операцию вроде той, которую провернули по отношению к нам. Верно я говорю?

Дядя ещё немного помолчал, и ответил:

- Ну, ты всё раскусил! – улыбнулся он мне, даже с легким чувством гордости. - После того, как следствие прекратили, Пётр рассказал мне, что за этими бумагами и охотится Стил. Стил знает, что они у Петра, а он передал их мне, чтобы я сохранил их. «Бумаги эти очень важны, и они не должны попасть в лапы преступника»! – так говорил мне Пётр.

-Значит, Пётр и его жена пропали, скорее всего, из-за этих бумажек?

- Скорее всего, да, - ответил мне дядя, облокотившись на стол.

- Газ знает? – поинтересовался я.


5825482468463184.html
5825552924575280.html
    PR.RU™